18:39 

lydanya
Об этом случае я не могу иногда не думать.

Его уже можно назвать давнишним, хотя парень до сих пор у нас лежит. Вечером в одно из дежурств привезли ополчанца с множественным огнестрелом. Молодой парень, из подразделения собр. Огнестрел здесь сейчас привозят нередко: из клубов как результат пьяной разборки. Или самострелы. Но этот был трезвый. Когда привезли - был ещё в сознании. ГЭК ему стали еще в скорой лить. Спрашиваем, кто его так, а он: "Уроды-наркоманы" и попросил спасти его. "Спасите меня," - так и сказал (трогательно немного). Потом его очень быстро заинтубировали, и все.
Одна из пуль торчала совсем поверхностно пониже грудины, её сразу пинцетом вынули (7,62, для АК). Вопрос сразу, что это за наркоманы такие с автоматами.
Срединная лапаротомия, ревизия брюшной полости до шести часов утра, а привезли его где-то в одиннадцать ночи. С. А. и я ассистировали хирургу - кишки вообще-то не наш профиль, я-то, понятно, совсем новичок, но и С. А. в кишках тоже мало понимает, но держать крючки и держать кишки можно, ничего. И под пальцами это тум, тум, тум - это аорта, а не сердце, потому что сердце тум-тум, тум-тум, тум-тум. Это мои первые кишки были так близко. Хотелось очень, чтобы парень выжил, а иначе зачем мы с ним шесть часов мучительно возились?

В таких случаях все еще принято заводить уголовное дело. Следователь из военной полиции в тот же день, кажется, прибыл или на следующий день, но потерпевшего, понятно, опросить не мог (опросил нас). А опросил он его где-то через две недели только, когда тот в сознание пришел. Закончил опрашивать к вечеру, врачи все уже разошлись по домам, почему-то кроме меня. Следователь зашел в ординаторскую, попросил распечатать протокол. А я любопытствую, что этот парень рассказывал. Следователь тогда мне: "А вы сейчас, когда протокол распечатывать будете, сохраните себе копию, прочитайте. Только никому не показывайте". Я сохранила и прочитала.
Запротоколированная история примерно такая. Наш пациент с другом, оба ополченцы, залезли на крышу дома, в котором жил друг. Когда спускались с верхнего этажа, столкнулись на лестничной клетке с человеком в камуфляже. Тот навел на друга ПМ. Парни стали говорить, что они свои, ополченцы. Человек с ПМ позвал кого-то из окна подъезда, на зов поднялся мужик с АК, у ребят забрали содержимое карманов и заставили спуститься на улицу. Внизу хотели засунуть в багажник машины, но ребята стали орать и побежали, и по ним открыли огонь. Жильцы дома подняли шум, вызвали полицию и скорую. Мужики с оружием сели в свою машину и скрылись.

Примечательны вопросы следователя в конце:
"Вы пытались разоружить мужчину с ПМ на лестничной клетке?" - "Нет".
"Вы пытались разоружить мужчину с автоматом на лестничной клетке?" - "Нет".
"Вы пытались разоружить... пока спускались по лестнице?" - "Нет".
И так далее. Не пытались разоружить.

Многое можно по этому поводу думать. И что парень, возможно, соврал где-то. И что "понабирали по объявлению". И что "ужас какой творится". А я много думала о том, что бы я, например, могла сделать, если бы такое со мной произошло. Попыталась бы разоружить? Например, сыграв на кажущейся своей безобидности? Или со мной такого бы не произошло, потому что я штатский. Или еще что-нибудь. Много разных вариантов придумала.

URL
   

записи

главная